| Источник
Гарри Гудини в 1900 году

Гарри Гудини в 1900 году

Попросите своих друзей назвать – сразу, не задумываясь – трех самых известных фокусников всех времен.

В 99% случаев ответ будет таким: «Гудини, Кио, Копперфилд». Но если бы наша статья называлась, скажем, «Гудини на службе ЦРУ», такой заголовок мог вызвать недоумение. Какая тут связь, ведь великий иллюзионист умер в 1926 году, когда никакого ЦРУ еще и в помине не было?! А между тем связь есть. «Магия и разведка – суть искусства родственные», – сказал однажды Джон Маклафлин, бывший заместитель директора ЦРУ. Но обо всем по порядку.

На сцене − мистер Малхолланд

Имя Джона Малхолланда не стало легендой, как имена Гудини и Копперфилда. Этот иллюзионист был весьма известен в США в период 1930-1950-х годов. Упомянутый нами Маклафлин, близко знакомый с Малхолландом, писал о нем так: «Я считаю, что именно таким и должен быть иллюзионист – изысканным, искусным, изобретательным, неистощимым». Помимо своей «основной профессии» − демонстрации чудес – Малхолланд писал и публиковал книги, конечно, посвященные магии. Много лет он возглавлял журнал «Сфинкс», адресованный как профессиональным фокусникам, так и более широкой аудитории. Поэтому ничуть не удивительно, что именно к нему обратился в 1953 году сотрудник ЦРУ доктор Сидней Готлиб с озадачивающей, но тем не менее весьма логичной просьбой: написать практические пособия для разведки с точки зрения искусства иллюзии.

В то время Джону Малхолланду исполнилось 55 лет, и он был одним из наиболее популярных фокусников Америки. Готлиба, работавшего тогда в рамках программы «МК Ультра», в которую входили исследования ЛСД и других сильнодействующих наркотиков, привлекло безупречное владение Малхолландом «магией крупного плана». Попросту говоря, это «ловкость рук», позволяющая исполнять трюки буквально под носом у зрителя и вдобавок обходиться без сложного реквизита. А что еще нужно, чтобы незаметно опустить в чей-то бокал капсулу с наркотическим препаратом или даже ядом? Помимо того, ЦРУ требовалось практическое руководство иллюзиониста и для обеспечения безопасности тайных встреч с агентами, особенно в странах Восточного блока.

Сомнения иллюзиониста

Малхолланд оказался перед дилеммой. Ведь клятва фокусника, в частности, гласит: «Никогда не раскрывать ни одного секрета непрофессионалу, пока он не принесет данной торжественной клятвы…» С другой стороны, эти секреты могли помочь в тайной войне, которую вела его страна против угроз свободе и демократии. Он согласился, но при условии, что написанное им не попадет при его жизни в руки людей, не имеющих доступа к секретным документам. Результатом его работы стали два пособия – «Опознавательные сигналы» и «Некоторые оперативные приемы введения в заблуждение». В 1973 году директор ЦРУ Ричард Хелмс отдал приказ об уничтожении ряда секретных материалов, в число которых попали и сочинения Малхолланда. Однако пособия эти чудом уцелели и были обнаружены в рассекреченных архивах ЦРУ в 2007 году. О чем же повествовал там известный чародей и как его тайны применялись в практической оперативной работе?

Джон Малхолланд был одним из лучших фокусников Америки

Джон Малхолланд был одним из лучших фокусников Америки

«Трансфер идентичности»

Здесь мы снова вернемся к знаковой для мира иллюзий фигуре Гарри Гудини – точнее, не к нему самому, а к некоторым его трюкам с «перевоплощением двойников», описанным Малхолландом. В ЦРУ это получило наименование «трансфер идентичности» − когда оперативный сотрудник откуда-то исчезает и столь же неожиданно появляется в другом месте. Вот как это выглядело на практике. В 1970 году в Москве возникла необходимость личной встречи американского разведчика с особо важным агентом. Нужно ли говорить, под каким неусыпным контролем КГБ находились тогда в Москве все американцы, а особенно работавшие в посольстве! Был разработан план, который, если бы он нуждался в названии, следовало бы именовать операцией «Гудини – Малхолланд».
В назначенный день сотрудник ЦРУ прибыл на протокольный прием – как полагается, при галстуке, в строгом костюме. Туда же пришел и его оперативный партнер, одетый более легкомысленно, по яркой американской моде 1970-х – такие вольности ему позволялись согласно предварительной разработке. Этот человек, как считалось (и подтвердилось), серьезных подозрений КГБ не внушал. Конечно, оба знали, что их появление зафиксировано службой наружного наблюдения КГБ. Тем временем появился и третий участник операции – с гипсовой повязкой на голени, в спортивной куртке и лыжной шапочке (по легенде, он недавно получил травму и даже не мог водить машину – его привезла жена). Когда собрались все трое, разведчик обменялся одеждой и «идентичностью» с тем, кто был кричаще одет, и покинул прием в компании «травмированного» и его супруги. Естественно, их уход был отмечен наружкой КГБ, но наблюдатели считали, что подозреваемый разведчик все еще в здании. А разведчик между тем переоделся в машине в неприметные пальто и шляпу, преспокойно встретился с агентом и вернулся в той же компании на прием, где была произведена обратная процедура перевоплощения. Вот вам излюбленный трюк Гудини – «человек там, где его нет».

Собака – друг разведчика

Наиболее необычный способ иллюзионного обмана, предложенный Джоном Малхолландом, связан с использованием… крупной собаки. Вот как он был применен в Москве в том же 1970 году. Новый сотрудник посольства прибыл с огромным сенбернаром, весившим чуть ли не центнер. Когда требовалось доставить разведчика на место встречи с агентом, тот облачался в искусственную собачью шкуру, а владелец настоящего сенбернара увозил этого (да простится нам такая шутка) «волка в собачьей шкуре» в машине, якобы для ветеринарного осмотра. В шкуру для пущей достоверности был даже вмонтирован магнитофон с записью собачьих звуков: ворчания и лая. В безопасном месте разведчик переодевался, а после выполнения задания возвращался обратно так же, под видом сенбернара.
Здесь можно заметить, что идея маскировки под животных принадлежит все же не Малхолланду, ходя и включена в его руководство для разведчиков. Еще во время Второй мировой войны британское Управление специальных операций предложило заброску диверсантов в оккупированную немцами Францию в каучуковых муляжах коров. Предварительные испытания показали довольно высокую эффективность «коровьего варианта», по меньшей мере в сумерках. Однако, несмотря на положительные результаты, нет никаких сведений о том, осуществлялись ли такие операции в реальных условиях.

Сотрудник ЦРУ доктор Сидней Готлиб, 1954 год

Сотрудник ЦРУ доктор Сидней Готлиб, 1954 год

Шпион, пришедший с холода

С собакой связана и одна из самых рискованных операций ЦРУ, проведенная совместно с англичанами в 1985 году, – организация побега из Москвы ценного англо-американского шпиона, полковника КГБ Олега Гордиевского. Правда, собака здесь «играла на другой стороне»… Вот как это было.
Гордиевский, занимавший в КГБ высокий пост и бывший резидентом в Лондоне, дал согласие на сотрудничество с британской разведкой. Но перебежчик из ЦРУ Олдрич Эймс выдал КГБ множество секретов, в том числе и те, что бросали тень подозрения на Гордиевского. Резидента отозвали в Москву. Прямых улик против него у КГБ не было, и тем не менее его подвергали многочасовым допросам, после которых отпускали домой, в квартиру, нашпигованную устройствами прослушивания. Расчет был на то, что Гордиевский случайно проговорится или сделает попытку связаться с британцами. Этого не произошло, но положение становилось угрожающим. Тогда было решено привести в исполнение план экстренного спасения. Оторвавшись от наружного наблюдения, Гордиевский поездом и автобусом добрался до финской границы. Там его уже ждала сотрудница британского посольства на машине – автомобиле с дипломатическими номерами, так что его не должны были досматривать. Шпион спрятался в багажнике, но овчарка одного из пограничников проявила к его убежищу повышенный интерес. Тогда сотрудница посольства предложила собаке сэндвич с мясом. Неизвестно, читала ли находчивая женщина Малхолланда, но иллюзионный прием отвлечения внимания и здесь сработал безукоризненно. Гордиевский стал первым западным шпионом, которому удалось ускользнуть от неусыпного ока седьмого управления КГБ.

Новые времена

Конечно, в наше время наследие Малхолланда, в свою очередь использовавшего в написанных им пособиях многое из практики Гудини и других «чародеев», не применяется столь широко. Наступили другие времена, разоблачены старые трюки, разведки и контрразведки обзавелись такой аппаратурой, что предшественникам и не снилась. Но именно в нынешних условиях иллюзионные секреты приобретают особое значение.
Чем изощреннее противник, тем труднее его обмануть. Но нет ничего невозможного в магическом мире иллюзий! Так что прав был Джон Маклафлин на все времена: действительно магия и разведка – родственные искусства. И кто знает, сколько еще подобных инструкций не просто лежат в архивах спецслужб, а реально и активно работают в войне разведок…

 

 

Андрей БЫСТРОВ


Комментарии: (0)

Оставить комментарий

Представьтесь, пожалуйста